Что наука может сделать со старением уже сегодня?

Идея победить старость и связанные с возрастом заболевания из мечты превратилась в глобальный научный тренд, объединивший усилия медиков, биологов, генетиков и бизнесменов.

Британский биогеронтолог Обри ди Грей, автор книги «Отменить старение», несколько лет назад сделал сенсационное заявление: «Первый человек, который проживет 1000 лет, вероятно, уже родился, и ему может быть 50–60 лет». Его стратегия предполагает поэтапное устранение последствий старения, чтобы продлить жизнь до появления технологий полного омоложения.

Схожей точки зрения придерживается Илон Маск. Выступая в Давосе, он отметил, что старение, вероятно, имеет конкретный механизм, который в перспективе можно будет взять под контроль с помощью науки.

Для оценки реальных достижений в этой области мы обратились к доктору медицинских наук, профессору Павлу Воробьеву, председателю правления Московского городского научного общества терапевтов.

Павел Воробьев — представитель врачебной династии, выпускник Первого МГМУ им. Сеченова. Его отец — академик Андрей Воробьев, в 1991–1992 годах занимавший пост министра здравоохранения РФ. Сам профессор специализируется на гематологии и гериатрии.

Отвечая на вопрос, является ли старость болезнью, профессор Воробьев сказал: «Старость — это естественное течение процессов, только скорость ее развития у людей разная и зависит от огромного числа внутренних и внешних причин». К внешним факторам он отнес некачественное питание, включающее продукты с антибиотиками, гормонами и пальмовым маслом.

Наиболее перспективными направлениями для продления жизни он считает борьбу с болезнями, которые сокращают её: сосудистые патологии, сахарный диабет и опухоли. Именно здесь, по его мнению, достигнуты существенные успехи.

Говоря о возрастной потере мышечной массы (саркопении), профессор пояснил: «Можно снизить скорость прогрессии саркопении, в первую очередь физическими дозируемыми нагрузками, но нельзя остановить». Эффективных лекарств против этого состояния пока не существует.

К сенолитикам — препаратам, которые рекламируются как «уборщики клеточного мусора», — Воробьев отнесся критически: «На мой взгляд, никакого революционного подхода в таблетках от старости, убивающих клетки, нет. Это очередной развод фармкомпаний».

Генную терапию он назвал крайне опасным вмешательством, допустимым лишь при тяжелых неизлечимых заболеваниях. «Воздействие на геном — одно из самых опасных явлений в медицине», — предупредил профессор, указав на риск развития новых опухолей.

О цифровых технологиях для мониторинга здоровья Воробьев высказался скептически: «Никто до сих пор не доказал абсолютной пользы профилактики болезней, раннего лечения и многих других спекуляций». Он привел в пример артериальное давление: установленные нормы условны, а для гипотоников даже показатель 120/80 мм рт. ст. может быть опасным.

Многие антиэйдж-технологии, по словам профессора, годами не выходят из стадии испытаний, поскольку не являются прорывными. Реальный прогресс в увеличении продолжительности жизни связан с победами над конкретными болезнями, такими как бактериальные инфекции, гепатит С, и применением антикоагулянтов.

На вопрос о самом действенном «геропротекторе» Павел Воробьев ответил: «Не надо ждать будущего, надо жить сегодняшним днем». Он напомнил, что продолжительность человеческой жизни ограничена примерно 120 годами, а после 90 лет возникают серьёзные проблемы со здоровьем и одиночество. «Жить свыше 100 лет — очень и очень трудно», — заключил он.